ИСТОРИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА НАЦИОНАЛЬНЫХ ДВИЖЕНИЙ - Собрание сочинений 30 печатается по постановлению центрального комитета

^ ИСТОРИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА НАЦИОНАЛЬНЫХ ДВИЖЕНИЙ

Факты — упрямая вещь, говорит английская пословица. Эта пословица особенно часто вспоминается, когда видишь, как иной писатель соловьем разливается по вопросу о величии «принципа национальности» в его разных значениях и соотношениях, при­чем

^ 350 В. И. ЛЕНИН

применяется этот «принцип» по большей части столь же удачно, как удачны и уместны были восклицания известного героя народной сказки: «таскать вам не перетаскать» при виде похоронной процессии.

Точные факты, бесспорные факты — вот что особенно невыносимо для этого рода писателей и вот что особенно необходимо, если хотеть серьезно разобраться в сложном и трудном вопросе, сплошь да рядом умышленно запутываемом. Но как собрать фак­ты? как установить их связь и взаимозависимость?

В области явлений общественных нет приема более распространенного и более не­состоятельного, как выхватывание отдельных фактиков, игра в примеры. Подобрать примеры вообще — не стоит никакого труда, но и значения это не имеет никакого, или чисто отрицательное, ибо все дело в исторической конкретной обстановке отдельных случаев. Факты, если взять их в их целом, в их связи, не только «упрямая», но и безус­ловно доказательная вещь. Фактики, если они берутся вне целого, вне связи, если они отрывочны и произвольны, являются именно только игрушкой или кое-чем еще поху­же. Например, когда писатель, бывший в прежние времена серьезным и желающий, чтобы его считали таковым, берет факт монгольского ига и выставляет его как пример в пояснение некоторых событий в Европе XX века, можно ли это считать только игрой, или правильнее отнести это к политическому шарлатанству? Монгольское иго есть ис­торический факт, несомненно связанный с национальным вопросом, как и в Европе XX века наблюдается ряд фактов, столь же несомненно связанных с этим вопросом. Одна­ко немного найдется людей — типа тех, кого французы зовут «национальными клоуна­ми», — способных претендовать на серьезность и оперировать для иллюстрации про­исходящего в Европе в XX веке с «фактом» монгольского ига.

Вывод отсюда ясен: надо попытаться установить такой фундамент из точных и бес­спорных фактов, на который можно бы было опираться, с которым можно было бы со­поставлять любое из тех «общих» или «примерных»

^ СТАТИСТИКА И СОЦИОЛОГИЯ 351

рассуждений, которыми так безмерно злоупотребляют в некоторых странах в наши дни. Чтобы это был действительно фундамент, необходимо брать не отдельные факты, а всю совокупность относящихся к рассматриваемому вопросу фактов, без единого ис­ключения, ибо иначе неизбежно возникнет подозрение, и вполне законное подозрение, в том, что факты выбраны или подобраны произвольно, что вместо объективной связи и взаимозависимости исторических явлений в их целом преподносится «субъективная» стряпня для оправдания, может быть, грязного дела. Это ведь бывает... чаще, чем ка­жется.

Исходя из этих соображений, мы решили начать со статистики, вполне сознавая, ко­нечно, какую глубокую антипатию вызывает статистика у некоторых читателей, пред­почитающих «низким истинам» «нас возвышающий обман», и у некоторых писателей, любящих провозить под флагом «общих» рассуждений об интернационализме, космо­политизме, национализме, патриотизме и т. п. политическую контрабанду.

^ ГЛАВА 1 НЕМНОГО СТАТИСТИКИ

Чтобы обозреть действительно всю совокупность данных о национальных движени­ях, надо взять все население земли. Два признака при этом должны быть как можно точнее установлены и как можно полнее прослежены: во-первых, чистота или пестрота национального состава отдельных государств; во-вторых, деление государств (или го­сударственно-подобных образований в тех случаях, когда возникает сомнение, можно ли говорить собственно о государстве) на политически самостоятельные и политически зависимые.

Возьмем новейшие данные, опубликованные в 1916 году, и будем опираться на два источника: один — немецкий, «Географически-статистические таблицы» Отто Гюбне­ра, и один английский, «Политический Ежегодник»

^ 352 В. И. ЛЕНИН

(«The Statesman's Year-Book»). Первый источник придется взять за основу, так как он гораздо полнее по интересующему нас вопросу, вторым же будем пользоваться для проверки и некоторых, большей частью частных, исправлений.

Начнем наш обзор с политически самостоятельных и наиболее «чистых», в смысле цельности национального состава, государств. На первое место выдвигается здесь сразу группа государств Западной Европы, т. е. лежащих к западу от России и Австрии.

Мы имеем здесь всего 17 государств, из которых, однако, пять, будучи очень чисты­ми по национальному составу, являются прямо игрушечными по своему ничтожному размеру. Это — Люксембург, Монако, Марино, Лихтенштейн и Андорра, население ко­торых, взятое вместе, составляет всего-навсего 310 тысяч человек. Несомненно, гораздо правильнее будет в число государств их вовсе не включать. Из остающихся 12 госу­дарств семь — совершенно чистого национального состава: в Италии, Голландии, Пор­тугалии, Швеции, Норвегии 99 % населения каждого государства принадлежит к одной национальности; в Испании и Дании — по 96% населения. Затем три государства почти чистого национального состава: Франция, Англия, Германия. Во Франции всего 1,3% населения итальянцы, аннектированные Наполеоном III с нарушением и подделкой во­ли населения. В Англии аннексией является Ирландия, население которой, 4,4 млн., со­ставляет менее одной десятой всего населения (46,8 млн.). В Германии из 64,9 млн. на­селения национально-чуждым и почти сплошь настолько же национально-угнетенным элементом, как ирландцы в Англии, являются поляки (5,47%), датчане (0,25%) и эльзас-лотарингцы (1,87 млн.), причем, однако, из последних некоторая (неизвестно в точно­сти, какая именно) часть несомненно не только по языку, но и по экономическим инте­ресам и по симпатиям тяготеет к Германии. В общем, около 5 млн. населения Германии принадлежит к чуждым, неполноправным и даже угнетенным нациям.

^ СТАТИСТИКА И СОЦИОЛОГИЯ 353

Только два маленькие государства Западной Европы имеют смешанный националь­ный состав: Швейцария, население которой, немного не достигающее четырех миллио­нов, состоит на 69% из немцев, на 21% из французов и на 8% из итальянцев, — и Бель­гия (население поменьше 8 млн.; приблизительно около 53%, вероятно, фламандцев и около 47% французов). Необходимо заметить, однако, что, как ни велика пестрота на­ционального состава этих государств, об угнетении наций здесь говорить нельзя. По конституциям обоих государств все нации равноправны; в Швейцарии это равноправие и в действительности проведено полностью; в Бельгии неравноправие есть по отноше­нию к фламандцам, хотя они и составляют большинство населения, но это неравнопра­вие ничтожно по сравнению, напр., с тем, что переживали поляки в Германии или ир­ландцы в Англии, не говоря уже о том, что наблюдается обычно в странах, не принад­лежащих к рассматриваемой группе государств. Поэтому, между прочим, термин «го­сударство национальностей», пошедший особенно в ход с легкой руки оппортунистов в национальном вопросе, австрийских писателей К. Реннера и О. Бауэра, является пра­вильным лишь в очень ограниченном смысле, именно если, с одной стороны, не забы­вать особого исторического места большинства государств такого типа (об этом нам придется еще говорить ниже), а с другой стороны, не допускать прикрытия этим тер­мином коренного различия между действительным равноправием наций и угнетением наций.

Соединяя вместе рассмотренные страны, мы получаем одну группу в 12 западноев­ропейских государств с общим населением в 242 млн. человек. Из этих 242-х миллио­нов лишь около 9 /г млн., т. е. всего 4%, представляют из себя угнетенные нации (в Англии и Германии). Если подытожить все части населения во всех этих государствах, не принадлежащие к главной государственной национальности, то получим около 15 млн., т. е. 6%.

В общем и целом, следовательно, данная группа государств характеризуется сле­дующими признаками: это —

^ 354 В. И. ЛЕНИН

наиболее передовые капиталистические страны, всего более развитые и в экономиче­ском и в политическом отношении. Культурный уровень равным образом наиболее вы­сокий. В национальном отношении большинство этих государств совершенно чистого или почти совершенно чистого национального состава. Национальное неравноправие, как особое политическое явление, играет совершенно незначительную роль. Перед на­ми — тип того «национального государства», о котором так часто говорят, забывая в большинстве случаев исторически-условный и преходящий характер этого типа в об­щем капиталистическом развитии человечества. Но об этом подробнее мы скажем в своем месте.

Спрашивается, ограничивается ли этот тип государствами Западной Европы? Оче­видно, нет. Все основные признаки этого типа, экономические (высокое и особенно бы­строе развитие капитализма), политические (представительный строй), культурные, на­циональные, наблюдаются также в передовых государствах Америки и Азии: в Соед. Штатах и в Японии. Национальный состав последней — давно установившийся и со­вершенно чистый; население состоит более чем на 99% из японцев. В Соед. Штатах только 11,1% населения составляют негры (а также мулаты и индейцы), которых следу­ет отнести к угнетенной нации, поскольку равенство, отвоеванное гражданской войной 1861 — 1865 годов и обеспеченное конституцией республики, на деле в главных местах жительства негров (на юге) и во многих отношениях все более ограничивалось в связи с переходом от прогрессивного, домонополистического, капитализма 1860—1870-х го­дов к реакционному, монополистическому капитализму (империализму) новейшей эпо­хи, которая в Америке отграничивается особенно ясно испано-американской империа­листической (т. е. вызванной дележом добычи между двумя разбойниками) войной 1898 года.

Из 88,7% белого населения Соед. Штатов 74,3% составляют американцы и только 14,4% рожденные за границей, т. е. переселившиеся из других стран. Как

^ СТАТИСТИКА И СОЦИОЛОГИЯ 355

известно, особо благоприятные условия развития капитализма в Америке и особая бы­строта этого развития сделали то, что нигде в мире не перемалываются так быстро и так радикально, как здесь, громадные национальные различия в единую «американ­скую» нацию.

Присоединяя Соед. Штаты и Японию к выше перечисленным западноевропейским странам, получаем 14 государств с общим населением в 394 млн. человек, из которых национально неравноправны около 26 млн., т. е. 7%. Забегая вперед, заметим, что большинство именно этих 14-ти передовых государств в период конца XIX и начала XX веков, т. е. как раз в период превращения капитализма в империализм, устремилось особенно усиленно вперед по пути колониальной политики, в результате которой эти государства «располагают» теперь свыше чем полумиллиардом населения в зависимых, колониальных странах.

II

Группа государств Восточной Европы — Россия, Австрия, Турция (эту последнюю географически правильнее теперь считать азиатским государством, а экономически «полуколонией») и 6 маленьких балканских государств: Румыния, Болгария, Греция, Сербия, Черногория и Албания — показывает нам сразу же картину, в корне отличаю­щуюся от предыдущей. Ни одного государства с чистым национальным составом! Только маленькие государства на Балканах можно назвать национальными государст­вами, причем, однако, нельзя забывать, что и в них чуженациональное население со­ставляет от 5 до 10%, что громадные (по сравнению со всем числом представителей данной нации) количества румын и сербов живут вне пределов «своего» государства, что вообще «государственное строительство» на Балканах в направлении буржуазно-национальном не закончилось даже «вчерашними», можно сказать, войнами 1911— 1912 годов. Ни одного такого национального государства, как Испания, Швеция и т. п., нет среди мелких балканских государств.

^ 356 В. И. ЛЕНИН

А в больших государствах Восточной Европы, во всех трех, процент населения «своей» и притом главной национальности составляет лишь 43%. Больше половины населения, 57%, в каждом из этих трех больших государств, принадлежат к «чуженациональному» (инородческому, выражаясь истинно-русским языком) населению. Статистически раз­ница между западноевропейской и восточноевропейской группой государств выража­ется следующим образом:

В первой группе мы имеем 10 чистых или почти чистых национальных государств с населением в 231 миллион; только 2 «пестрых» в национальном отношении государст­ва, но без угнетения наций, при конституционном и фактически проводимом равнопра­вии их, с населением в 11V2 млн.

Во второй группе 6 государств почти-чистых с населением в 23 млн.; три государст­ва «пестрые» или «смешанные», без равноправия наций, с населением в 249 миллионов.

В общем и целом, процент инонационального населения (т. е. не принадлежащего к главной нации каждого отдельного государства) составляет в Западной Европе 6%, а если прибавить Соед. Штаты и Японию, то 7%. В Восточной же Европе этот процент -53%!"

^ Написано в январе 1917 г. Подпись: Π. Пирюче в

Впервые напечатано в 1935 г. Печатается по рукописи

в журнале «Большевик» № 2

В России великорусы, в Австрии немцы и мадьяры, в Турции — турки. На этом рукопись обрывается. Ред.

357

^ МНИМОЕ ИЛИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЕ БОЛОТО?126

Тов. Р. Гримм утверждает в своей статье о большинстве и меньшинстве («Berner Tagwacht» и «Neues Leben»), что «и у нас выдумано» «болото, мнимый партийный центр».

Мы докажем, что как раз позиция, занятая Гриммом в вышеуказанной статье, пред­ставляет типичную точку зрения центра.

Гримм, полемизируя с большинством, пишет:

«Ни одна из партий, стоящих на платформе Циммервальда и Кинталя, не выдвигала лозунга отказа от военной службы и одновременного обязательства для своих членов проводить его в жизнь. Сам Либкнехт надел военную форму и вступил в ряды армии. Итальянская партия ограничилась отклонением военных кредитов и гражданского ми­ра. Меньшинство во Франции поступило так же».

Мы с удивлением протираем себе глаза. Мы снова перечитываем этот важный абзац в статье Гримма и советуем читателю поразмыслить над ним.

Невероятно, но это так! Чтобы доказать, что центр у нас выдуман, представитель этого нашего центра, Гримм, валит в одну кучу левых интернационалистов (Либкнехт) и правых циммервальдцев или центр ! ! !

Неужели Гримм действительно рассчитывает обмануть швейцарских рабочих и убе­дить их, что Либкнехт и итальянская партия принадлежат к одному и тому же направ­лению? что между ними нет как раз той разницы, которая разделяет левых и центр?

^ 358 В. И. ЛЕНИН

Приведем наши доводы:

Во-первых, выслушаем свидетеля, который не принадлежит ни к центру, ни к левым. Германский социал-империалист Эрнст Гейльман писал 12 августа 1916 г. в «Glocke», стр. 772: ... «Die Arbeitsgemeinschaft , или циммервалъдская правая, теоретиком которой является Каутский, а политическими вождями Гаазе и Ледебур»... Может ли Гримм ос­паривать, что Каутский — Гаазе — Ледебур являются типичными представителями центра?

Во-вторых. Может ли для Гримма оставаться неизвестным, что циммервальдская правая или центр выступает в современном социализме против немедленного разрыва с МСБ, Международным социалистическим бюро в Гааге, бюро социал-патриотов? что левая стоит за этот разрыв? что представители группы «Интернационал» в Кинтале — а к ней как раз и принадлежит Либкнехт — боролись против созыва МСБ и за раз­рыв с ним?

В-третьих. Разве Гримм забыл, что социал-пацифизм, прямо осужденный кинталь-ской резолюцией, стал именно сейчас платформой центра во Франции, Германии и Италии? что вся итальянская партия, которая не протестовала ни против многочислен­ных социал-пацифистских резолюций и заявлений своей парламентской группы, ни против позорной речи Турати 17 декабря, стоит на платформе социал-пацифизма? что обе левые группы в Германии, как I. S. D. («Интернациональные социалисты Герма­нии»), так и «Интернационал» (или группа «Спартак», к которой как раз и принадлежит Либкнехт) прямо отвергли социал-пацифизм центра? При этом не следует забывать, что зловреднейшие социал-империалисты и социал-патриоты Франции, во главе с Сам­ба, Реноделем и Жуо, также голосовали за социал-пацифистские резолюции и что та­ким путем особенно наглядно было вскрыто действительное, объективное значение со­циал-пацифизма.

- Трудовое содружество. Ред.

^ МНИМОЕ ИЛИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЕ БОЛОТО? 359

В-четвертых... но довольно! Гримм стоит как раз на точке зрения центра, когда он подает швейцарской партии совет «удовольствоваться» отклонением кредитов и граж­данского мира, как это сделала итальянская партия. Гримм критикует предложения большинства именно с точки зрения центра, потому что это большинство хочет при­близиться к точке зрения Либкнехта.

Гримм выступает в защиту ясности, прямоты и честности. Хорошо! Разве эти отлич­ные качества не предписывают ясно, открыто, честно проводить различие между точ­кой зрения и тактикой Либкнехта и центра и не сваливать их в одну кучу?

Быть с Либкнехтом, это значит: (1) нападать на главного врага в своей собственной стране; (2) разоблачать социал-патриотов своей собственной страны (а не только ино­странных, с позволения сказать, т. Гримм!), бороться с ними, не объединяться с ними — с позволения сказать, т. Гримм! — против левых радикалов; (3) открыто критиковать и обличать слабости не только социал-патриотов, но и социал-пацифистов и «центри­стов» в своей стране; (4) использовать парламентскую трибуну для того, чтобы призы­вать пролетариат к революционной борьбе, к тому, чтоб повернуть оружие; (5) распро­странять нелегальную литературу и организовывать нелегальные собрания; (6) устраи­вать пролетарские демонстрации как, например, демонстрации на Потсдамской площа­ди в Берлине, на которой был арестован Либкнехт; (7) призывать к забастовкам рабо­чих военной промышленности, как это делала в своих нелегальных прокламациях группа «Интернационал»; (8) открыто доказывать необходимость полного «обновле­ния» теперешних партий, ограничивающихся реформистской деятельностью, и дейст­вовать так же, как действовал Либкнехт; (9) безоговорочно отвергать защиту отечества в империалистской войне; (10) бороться по всей линии против реформизма и оппорту­низма внутри социал-демократии; (11) столь же непримиримо выступать против про­фессиональных вождей, которые во всех странах, в особенности в Германии, Англии и

^ 360 В. И. ЛЕНИН

Швейцарии, образуют авангард социал-патриотизма и оппортунизма и т. д.

Ясно, что с этой точки зрения многое в проекте большинства подлежит критике. Но об этом можно говорить только в особой статье. Здесь же необходимо подчеркнуть, что большинство во всяком случае предлагает некоторые шаги в этом направлении, а Гримм нападает на это большинство не слева, а справа, не с точки зрения Либкнехта, а с точки зрения центра.

В своей статье Гримм все время смешивает два принципиально различных вопроса: во-первых, вопрос, когда, в какой момент должно быть осуществлено то или иное ре­волюционное действие. Стремиться решить этот вопрос заранее — бессмысленно, и вытекающие из этого упреки Гримма против большинства являются просто пусканием пыли в глаза рабочим.

Второй вопрос: как превратить, преобразовать партию, не способную сейчас вести систематическую, упорную и при любых конкретных условиях действительно револю­ционную борьбу, в такую партию, которая была бы к этому способна.

Это самый важный вопрос! Здесь корень всего спора, всей борьбы направлений в военном вопросе, равно как и в вопросе о защите страны! И как раз этот вопрос замал­чивается, затушевывается, затемняется Гриммом. Более того: объяснения Гримма сво­дятся к тому, что этот вопрос отрицается им.

^ Все остается по-старому — вот красная нить, которая проходит через всю статью Гримма; в этом самое глубокое основание того утверждения, что этой статьей пред­ставлен центр. Все остается по-старому: только отклонение военных кредитов и гражданского мира! Всякий умный буржуа не может не признать, что в конце концов это не неприемлемо и для буржуазии: это еще не угрожает господству буржуазии, не препятствует ей вести войну («мы подчиняемся» в качестве «меньшинства в государст­ве» — эти слова Гримма имеют очень, очень большое политическое значение, гораздо большее, чем это кажется на первый взгляд!).

^ МНИМОЕ ИЛИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЕ БОЛОТО? 361

И разве это не международный факт, что сама буржуазия и ее правительства в воюющих странах, прежде всего в Англии и Германии, преследуют только сторонни­ков Либкнехта и терпят представителей центра?

Вперед, налево, даже если это связано с уходом некоторых социал-патриотических вождей! — таков, в кратких словах, политический смысл предложений большинства.

Назад от Циммервальда, вправо, к социал-пацифизму, к позиции центра, к «миру» с социал-патриотическими вождями, никаких массовых действий, никакого революцио­низирования движения, никакого обновления партии! — такова точка зрения Гримма.

Надо надеяться, что она откроет, наконец, глаза швейцарским левым радикалам на его центристскую позицию.

^ Написано на немецком языке в конце января 1917 г.

Впервые напечатано в 1931 г. Печатается по рукописи

в Ленинском сборнике XVII Перевод с немецкого

362

Λ2Ί

^ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ОБ ИЗМЕНЕНИЯХ В РЕЗОЛЮЦИИ ПО ВОЕННОМУ ВОПРОСУ1

                  1. Принятие обязательства представителями партии в парламенте отклонять с прин­
                    ципиальной мотивировкой все военные требования и кредиты. Требование демобили­
                    зации.

                  1. Никакого гражданского мира; обострение принципиальной борьбы против всех
                    буржуазных партий, а также против националистически-грютлианских идей в рабочем
                    движении и партии.

                  1. Систематическая революционная пропаганда в армии.

                  1. Поддержка всех революционных движений и борьбы против войны и собственных
                    правительств во всех воюющих странах.

                  1. Содействие всякой революционной массовой борьбе в самой Швейцарии, стачкам,
                    демонстрациям и превращение их в открытую вооруженную борьбу.

                  1. Целью революционной массовой борьбы, признанной уже партейтагом в Аарау
                    1915 г., партия объявляет социалистическое преобразование Швейцарии. Этот перево­
                    рот является единственным и действительнейшим средством освобождения рабочего
                    класса от ужасов дороговизны и голода, он необходим для полного устранения милита­
                    ризма и войны.

                  1. Написано 27—29января (9—11 февраля) 1917 г.

^ Напечатано на немецком языке

14 февраля 1917 г. в газете

«Volksrecht»№ 38

На русском языке впервые

напечатано в 1931 г. в Ленинском сборнике XVII

Печатается по машинописной копии Перевод с немецкого


2291034626774068.html
2291103944853334.html
2291183325758166.html
2291282855754860.html
2291484097258288.html